Загальна кількість переглядів сторінки

четвер, 8 травня 2014 р.

Человек и война




История человечества, это история войн. За последние две тысячи лет мир на планете сохранялся не более полувека. Все остальное врёмя мы воевали. Как только человек "поднялся" в воздух, военные прицепили к самолёту бомбы. Как только изобрели мотоцикл, на него поставили пулемёт. Как только Соединённые Штаты Америки создали атомную бомбу, расстановка политических сил в мире поменялась, а государство Япония практически перестало существовать, и до сих пор не имеет своей армии. Оружие — основной двигатель цивилизаций. На своих стволах Крупп писал: «Последний веский аргумент». И ведь был прав. Лучшее образование всегда было у тех, кто общается с оружием. Лучшая медицина работала при «оружии», и сама была таковым. Символ свободы независимости во многих государствах — автомат Калашникова. Когда сказаны последние слова и написаны последние бумажки, люди берут в руки оружие.

По другую сторону оружия находится человек, а он тоже в какой-то степени механизм. Так же, как и в оружии, где каждая деталь существует только для того, чтобы осуществить выстрел, — все детали человеческого организма были подобраны эволюцией только для того, чтобы вы жить и победить. Если «ствол» имеет плохой механизм запирания, неудачную длину шага нарезов, нетехнологичный, «сырой» боеприпас, то он не выживет. Он будет заменён другим. Более эффективным. Так и у нас.

Очень давно выжили те, у кого начал увеличиваться головной мозг. Чтобы не погибнуть самой и не покалечить ребёнка во время родов, у женщины должны были быть широкие бёдра. Такие бёдра получили те из них, чьи племена перестали кочевать, совершая длительные переходы, для которых нужны узкие бёдра, как у мужчины. Широкобёдрые красавицы были залогом существования рода. Это прописано в нашем подсознании крупными буквами. Прошли миллионы лет, но мы до сих пор засматриваемся на красивых женщин, оборачиваемся им вслед. Что мы хотим увидеть? Правильно! Мы ищем женщин с широкими бёдрами и соответственно узкой талией, с длинной шеей и большими глазами. Наше подсознание ищет ту, которая сумеет родить ребёнка и продолжить род. Современники назвали это красотой. Померили её в объёмах, и у них получилось — 90/60/90 на 180. Это далеко не идеал, но мой прадедушка знал это и без сантиметра, — задним умом. Ну а причём здесь оружие?

А вот причём. Мы до сих пор дикие. Я имею в виду инстинкты и рефлексы. Окультуриванию они поддаются слабо. Тот промежуток времени, который мы живём цивилизованно и беспрерывно воюя, ничтожно мал по сравнению с тем, что мы прожили дико в борьбе за жизнь на планете. Сейчас воюем за нефть, раньше за то, чтоб сохраниться как вид. Что важнее? Опыт тысяч поколений — подсознание и наши боевые инстинкты — ещё не знают, что такое коллиматорные прицелы и деривация. Оружие всегда выстрелит, если его зарядить и нажать на спусковой крючок. Пуля всегда попадёт в цель, если оружие правильно навести на эту цель. Если только тот механизм, который находится по другую сторону оружия, не даст сбой или не заклинит.

Современное оружие — это детище высоких технологий. Мы с вами те, кто берёт в руки оружие, чтобы воевать, те же, что и тысячу лет назад. И будем такими ещё очень долго. Наш скелет еще до конца не приспособлен для прямохождения, а позвонки для переноса такой тяжелой головы. Инстинкты и обмен веществ, естественно, прежние.

Чтобы уметь управлять собой в бою надо знать собственные ТТХ. Многие знают только то, что сами думают о себе, а эта информация далека от истины. Для выполнения боевой задачи мы выбираем оружие. Для того чтобы создать боеприпас, работают целые институты. А для того чтобы подобрать вас в боевое подразделение и дать вам в руки оружие, которое убивает, работает один, от силы, два офицера отдела кадров. Которым к тому же, это и даром не надо. Им скучно. Вам не кажется это странным?

Я хочу поговорить о выборе людей. Думаю, что тема назрела.

Психологи уже давно разделили нас на психотипы и подробно изучили каждый. Воспользуемся их знаниями и нашей практикой, наблюдениями и опытом работы. Ярче всего психотип «специального» человека проявляется в его работе. В её специфике. В последствиях, которые наступают после. Возьмём для примера именно военную область. Но и в обычной повседневной деятельности это важно ничуть не меньше.

Итак в бой.
Это самый напряжённый режим работы всех без исключения систем человеческого организма. Причём, из состояния относительного покоя в состояние сильнейшего стресса в бою организм переходит меньше чем за секунду. Что происходит в эту секунду? Что происходит потом? Зачем нам это знать? И нужно ли вообще это знать?
Попробуем все-таки разобраться. Здесь вы не найдёте сложных медицинских терминов. Всё будет списано с жизни.

В состояние повышенного износа наш организм переходит под действием внешних факторов. Это стресс. Стрессы бывают самые разные Психологические — отрицательная информация извне или отсутствие положительной информации. Биологические — бактерии (токсины, яды), физические и т.д. Несмотря на огромное количество стрессоров, стресс, как реакция организма, всегда один, его механизм всегда одинаков, независимо от того, каким фактором внешней среды он вызван.
Предположим, ночью вас будит звонок телефона, и дежурный сообщает вам о боевой тревоге. Вспоминаете? Многие из читающих сейчас вспомнили то чувство, которое возникает сразу же. Это, начало. В особом отделе среднего мозга (гипоталамусе), формируется очаг возбуждения. Резко возрастает выделение в кровь особых веществ — катехоламинов. Они стимулируют надпочечники, которые выделяют в кровь адреналин, норадреналин, дофамин. Возникает ощущение предстартовой лихорадки. Резко усиливается окисление и, как следствие этого, учащается дыхание из-за потребности в кислороде. У некоторых оно становится глубже. Повышается проницаемость клеточных мембран для глюкозы, чтобы потом сжечь её при интенсивной работе. Пока вы несётёсь на машине к месту сбора и не знаете, «будет» или «не будет»...организм уже готовится. Он гораздо умнее нас с вами, ведь ему уже несколько миллионов лет. А нам? Мы просто взяли его напрокат. Значит, надо уметь пользоваться.

Дальше происходит следующее. Мы выезжаем к месту работы. Вот тут и начинается путаница. Поведение людей меняется.
Это связано с тем, что количество тех или иных гормонов, которые выделяются надпочечниками при стрессе, у каждого чёловека индивидуально. И зависит от конкретной ситуации, от особенностей организма, от личности и воспитания. Как не бывает двух одинаковых выстрелов, так не бывает двух одинаковых реакций организма на стресс.

Люди нашей профессии почему-то стыдятся этого. Защитные реакции у них, как правило, просты: беспричинный смех и «бодряк» или просто замкнутость, немногословность, как у старых былинных богатырей. Одни смеются, другие молчат, а командиру, как не крути, приходится работать.
На прыжках в городе «Икс» мне было страшно прыгать первый раз. Вместе со мной в потоке было ещё несколько перворазников. Один из них всё время говорил, что ему «всё равно», другой, как и я, сидел молча. Также с нами прыгал и бывалый. Его выкидывали на пристрелку. Он постоянно хохотал пиратским смехом, пока не выпрыгнул.
Я думаю, подобное вы видели, и не раз. Это был хоть и маленький, но стресс, А отреагировали все по-разному.
Теперь по порядку.

Адреналин

Если бой невозможен (вы поняли это, в эту самую секунду) и выход из ситуации — отход, значит, выделяется адреналин (гормон страха), он лучше всех подготавливает организм к бегу.
Это предложение можно прочитать и наоборот, если группа или стрелок прервали огневой контакт и прозвучала команда «ОТХОД» или «ВЫХОД», значит большинство стрелков — адреналиновый тип. Я думаю, что будет именно так: сначала человек побежит, а потом подумает о том, что он сделал. Это и есть адреналин. Сосуды кожи лица сужаются (бледный от страха).
Тренеры бегунов и пловцов это знают, вводя своим питомцам адреналин подкожно. Адреналин помогает организму получать энергию бескислородным путём. Это значит можно реже вдыхать. Первые метров 50 —100 иногда можно вообще не дышать. Как в спринте: вдохнул на старте — выдохнул на финише. Поэтому убегать, если испугался, всегда легче. Итак, если вы понимаете, что бой невозможен или вы просто этого не хотите (мягко говоря),— значит выделяется адреналин.
И если в детстве, когда вы формировались, вас чаще били, чем вы кого-то, то скорее всего он будет выделяться практически при любой стрессовой ситуации: на защите диплома, на серьёзных соревнованиях, в бою, при переохлаждении, и даже, когда вы ругаетесь с тёщей.
Но при внезапном нападении, когда выход один - в укрытие, адреналин в крови будет у всех без исключения.
Всем будет очень страшно, а если человек говорит, что он не боится, — значит, ему хирургическим путем удалили надпочечники. И он инвалид второй группы. В спецназе таких нет.

Если адреналин в крови «зашкаливает», происходит переход количества в качество. Адреналин путем биохимических реакций трансформируется в норадреналин — гормон ярости.
Сейчас поясню. Вы много раз видели, как затюканный хулиганами мальчишка вдруг вскакивал, хватал дрын и гонял своих обидчиков по улице и долго потом не мог прийти в себя. Или кадры из фильма: когда пулемётный огонь прижал роту к земле, и тут вдруг вскакивает один солдат с перекошенным лицом и гранатой в руке, он бежит на ДЗОТ подрываёт его. Это не героизм, это просто адреналин превратился в норадреналин; гормон страха перешел в гормон ярости, И группа бойцов регулярно, попадающая под обстрел, с течением времени поменяет свою гормональную реакцию или, как говорят, «потеряет страх».
Со временем цвет лица из бледноватого станет бордовым. Это нормальная реакция организма. Надпочечник, как мышца, тренируется и растёт, соответственно увеличивается и количество выделяемых им гормонов. Каждый последующий стресс по силе действия на организм будет сильнее предыдущего. Это надо помнить. И ещё надо знать, что это, с медицинской точки зрения, —заболевание. 

Немає коментарів:

Дописати коментар